Параллельно гигантскому сражению под Сталинградом как-то незаметно для огромной страны прошли события в Северной Африке. О важности событий на том фронте говорит хотя бы один факт-Гитлер держал в Северной Африке лишь 1,5% своих войск. Но даже этого количества хватило, чтобы нанести ряд тяжёлых поражений английской армии и взять Тобрук (неприступный Карфаген по словам Черчилля). Для английских напыщенных генералов наступал момент, когда казалось предстоит "забег на длинную дистанцию". Но в события в Африке вмешался "Восточный фактор". Гитлер все свои резервы бросил на восток, под Сталинград. Роммелю же в качестве утешения был пожалован титул фельдмаршала.

Последним судорожным усилием Роммелю удалось вырваться к Эль-Аламейну. Там его танки стали прочно, но не из-за крепости английских войск, а лишь из-за нехватки горючего. Окинлеку-английскому командующиму-даже в этой ситуации ничего не удовалось. Тогда в Северную Африку был направлен Монтгомери знаменитый "Монти". Ему-то и удалось наконец откусить лису пустыни его пышный хвост, провонявший трофейным бензином. Сражение под Эль-Аламейном длилось с 23 октября по 5 ноября 1942 года. В английской историографии говорится о сотнях танков, участвовавших в сражении с обеих сторон. Это мол одно из ключевых, решающих сражений Второй Мировой. Правда потери с двух сторон насчитывают не более 60 000 убитых. Да и в документальной хроники, снятой в том сражении как-то не наблюдаются "лавины танков", впрочем груды разбитой техники тоже не видно.
Пришлось после сражения под Эль-Аламейном начинать другое сражение "за Эль-Аламейн", доказывая его эдентичность, а то и превосходство над битвой , что прогремела на берегах Волги. В наше время все русофобские статьи, передачи и исторические открытия с пеной у рта доказывают, что именно эта битва в Северной Африке сломала хребет немецкой армии.
Конечно в смысле напряжённости и ярости борьбы Эль-Аламейн нельзя сравнивать с событиями на Советско-Германском фронте, но если уж пытаться быть объективным, то Монтгомери всё-таки удалось то, что не удавалось никому другому в течении 2,5 лет. Итало-германский корпус был разбит и ликвидированна, хотя и теоретическая опасность захвата Суэцкого канала, что осложнило бы переброску резервов союзников, да и до ближевосточной нефти оставалось рукой подать. Но в Германии события под Эль-Аламейном прошли как-то незаметно на фоне большой катастрофы, назревающей на востоке. Муссолини, конечно же, сильно растраивался из-за потери колоний в Африке, но Гитлера интересовала нефть Кавказа, а не английская мышиная возня.
Вот 4 июня того же года на Тихом Океане случилось другое событие, сыгравшее действительно одну из решающих ролей во Второй Мировой. У островов Мидуэй для решительной схватки сошлись японский и американский флот. После событий под Перл-Харбором японцам не удалось запугать США. Америка, имея самую мощную промышленность в мире, сумела восстановить и даже усилить свой флот. Расшифровка секретного "пурпурного" кода японского флота, позволила американским адмиралам знать все планы японского командования. К тому же ошибки японской разведки в битве при Мидуэй, когда один и тот же повреждённый американский авианосец был принят за два разных, плюс к этому превосходство американских истребителей над японскими привели к тому, что флот империи потерял 4 авианосца-основную ударную силу. С событий у Мидуэя японский флот, впрочем как и Японская империя уже не имели ни малейшего шанца на положительный исход войны.
События на морском театре в Тихом океане отличаются от опять же "мышиной возни" английского флота с немецким. Если и Ямомото и Нимиц стремились к решительной схватке, то английские и немецкие флотоводцы сводили всё к жестам и атакам на конвои. Англичане при всём своём желании уничтожить "Тирпиц" так же явно желали не связываться с этим линкором Гитлера. Гитлер так же желал победить, но желательно без риска для его дорогого коробля.
Когда же всё лучшее, что имел Гитлер было брошено в битву под Курском. Англо-американским войскам удалось провести ещё одну операцию на "третьем фронте". А именно 10 июня 1943 высадиться в Сицилии, чтобы затем вторгнуться в Италию и сокрушить режим Муссолини.
Но как не пытались дипломаты Черчилля выдать эти события за "второй фронт" не только в Москве, но уже и в Вашингтоне говорили о целесообразности высадки во Франции. Италия была хороша лишь для английского премьера. Из неё он хотел нанести удар, чтобы закрыть путь советской армии в Европу. Удайся его план и не только СССР остался бы с носом, но и США вновь бы оказались бы в проигрыше, как и после Первой Мировой. Но Рузвельт не хотел проливать кровь американских солдат ради очередного усиления своего английского союзника. Он отказался от плана Черчилля.

Следующая глава

Вторая мировая. Начало большого наступления